Рекламный баннер 990x90px header-top
Рекламный баннер 990x90px header-bottom
18 ноября 1941 года. Немецкий «Тайфун» не задул дальше Сталиногорска
18 ноября 1941 года. Немецкий «Тайфун» не задул дальше Сталиногорска
Начавшееся 18 ноября 1941 года немецкое генеральное наступление на Москву встречали сразу две советские дивизии, переброшенные в Тульскую область из Дальнего Востока: 413-я и 239-я против немецких танковых 3-й и 4-й дивизий. Немецкая 3-я танковая ударила по 413-й в Болоховке, а 4-я, перемолов за одни сутки 299-ю в Дедилово, развернулась на Узловую и Сталиногорск против 239-й стрелковой дивизии.
Характерно, что Сталиногорск планировалось захватить 18 ноября, в первый же день операции, причем силами только одной пехотной дивизии. Однако и после третьих суток ожесточенных боев 21.11.1941 немецкое командование вынуждено констатировать: «Дальнейшее наступление без уничтожения группировки противника под Сталиногорском не представлялось возможным».
Нет, не Москва, и не Тула стояли в немецкой повестке, а внезапно возникший Сталиногорск. Действительно, в ходе битвы под Москвой на южных подступах к столице, здесь, под Узловой, Донским и Сталиногорском, ожесточенное и наиболее действенное сопротивление оказывала 239-я стрелковая дивизия Гайка Оганесовича Мартиросяна. Ее 11,8 тыс. бойцов и командиров-сибиряков и приморцев были наиболее мотивированы и боеспособны на левом фланге 50-й армии. В этой оценке внезапно сошлись штабы сразу трех немецких дивизий, задействованных против «сибиряков Сталина». А затем уже и четырех... Немецкое командование прилагало максимум усилий, чтобы наконец вырвать эту занозу из основания своего танкового клина, нацеленного на Венёв, Каширу и Москву.
Вот уже взята Узловая, но снова на шестые сутки боев, 23.11.1941, в немецких штабах речь идет не про далекие Тулу и Москву, а про ближайший и ставшим уже до боли родным город Донской: «Командование имело замыслом после вывода из боя 4-й танковой дивизии во взаимодействии с частями 29-й моторизованной пехотной дивизией вынудить к отходу храбро действующего противника против 53-го корпуса в районе Донского».
Как выяснилось, закрепившись на рубеже Сталиногорск-1 и Донской, «храбро действующая» 239-я стрелковая дивизия вовсе не собиралась отсиживаться в обороне, а энергично контратаковала. Снова и снова, на запад, чтобы отбить потерянную накануне Узловую. Поэтому даже вывести из боя 4-ю танковую дивизию, которая сейчас так была нужна для штурма Венёва и наступления на Москву, полностью не удавалось. И вот на окружение сибиряков под Сталиногорском-1 и Донским методично бросается еще одна, 4-я по счету - 29-я моторизованная пехотная дивизия вермахта.
Немецкий танковый удар на Москву, бои за Узловую, Донской и сталиногорский котел — из журнала боевых действий немецкого 24-го танкового корпуса. Взгляд с той стороны, теперь и на русском языке, на сайте «Сталиногорск 1941»:
https://stalinogorsk.ru/24pk_war_diary_17_19_nov_1941
Начавшееся 18 ноября 1941 года немецкое генеральное наступление на Москву встречали сразу две советские дивизии, переброшенные в Тульскую область из Дальнего Востока: 413-я и 239-я против немецких танковых 3-й и 4-й дивизий. Немецкая 3-я танковая ударила по 413-й в Болоховке, а 4-я, перемолов за одни сутки 299-ю в Дедилово, развернулась на Узловую и Сталиногорск против 239-й стрелковой дивизии.
Характерно, что Сталиногорск планировалось захватить 18 ноября, в первый же день операции, причем силами только одной пехотной дивизии. Однако и после третьих суток ожесточенных боев 21.11.1941 немецкое командование вынуждено констатировать: «Дальнейшее наступление без уничтожения группировки противника под Сталиногорском не представлялось возможным».
Нет, не Москва, и не Тула стояли в немецкой повестке, а внезапно возникший Сталиногорск. Действительно, в ходе битвы под Москвой на южных подступах к столице, здесь, под Узловой, Донским и Сталиногорском, ожесточенное и наиболее действенное сопротивление оказывала 239-я стрелковая дивизия Гайка Оганесовича Мартиросяна. Ее 11,8 тыс. бойцов и командиров-сибиряков и приморцев были наиболее мотивированы и боеспособны на левом фланге 50-й армии. В этой оценке внезапно сошлись штабы сразу трех немецких дивизий, задействованных против «сибиряков Сталина». А затем уже и четырех... Немецкое командование прилагало максимум усилий, чтобы наконец вырвать эту занозу из основания своего танкового клина, нацеленного на Венёв, Каширу и Москву.
Вот уже взята Узловая, но снова на шестые сутки боев, 23.11.1941, в немецких штабах речь идет не про далекие Тулу и Москву, а про ближайший и ставшим уже до боли родным город Донской: «Командование имело замыслом после вывода из боя 4-й танковой дивизии во взаимодействии с частями 29-й моторизованной пехотной дивизией вынудить к отходу храбро действующего противника против 53-го корпуса в районе Донского».
Как выяснилось, закрепившись на рубеже Сталиногорск-1 и Донской, «храбро действующая» 239-я стрелковая дивизия вовсе не собиралась отсиживаться в обороне, а энергично контратаковала. Снова и снова, на запад, чтобы отбить потерянную накануне Узловую. Поэтому даже вывести из боя 4-ю танковую дивизию, которая сейчас так была нужна для штурма Венёва и наступления на Москву, полностью не удавалось. И вот на окружение сибиряков под Сталиногорском-1 и Донским методично бросается еще одна, 4-я по счету - 29-я моторизованная пехотная дивизия вермахта.
Немецкий танковый удар на Москву, бои за Узловую, Донской и сталиногорский котел — из журнала боевых действий немецкого 24-го танкового корпуса. Взгляд с той стороны, теперь и на русском языке, на сайте «Сталиногорск 1941»:
https://stalinogorsk.ru/24pk_war_diary_17_19_nov_1941
21:45 18.11.2022 16+
Выбор редакции